Из истории радиолюбительства

0 755
0

В Удмуртии, как и во всей нашей стране в начале 30х годов прошлого века началась радиофикация городов и сёл, начало развиваться радиолюбительство. О начальном этапе процесса рассказано в ижевском научном журнале "ИДНАКАР"(№8-9) и описаны мои первые опыты и ошибки как начинающего радиолюбителя.  Здесь я хочу рассказать о том, на каком оборудовании приходилось работать нам, ижевским любителям в первые послевоенные годы, какие приборы и технологические приёмы мы использовали.

Домашняя лаборатория рядового радиолюбителя середины 20-го века представляла собой набор случайно доставшихся инструментов и приспособлений, по большей части слесарных и шофёрских. Хорошо, если был верстак, хотя бы плотницкий (столярный). Измерительные приборы были большой редкостью.

Ещё с 30-х годов у моего отца был вольтметр постоянного тока :на пределы 6-120 В с внутренним сопротивлением 50 Ом на Вольт; но он позволял лишь, контролировать источники питания.В 1951г. у нас появился авометр "Школьный", - оба эти прибора храню как реликвии того времени.

Паяльники, были с внешним нагревом - кусок красной меди, в форме закреплённый на проволочной ручке, которые нагревались на горячих углях. Тонкие проводнички до 0,0.8мм удавалось сваривать в пламени спички, а более толстые - паять без паяльника: скрутку обмазывали канифольной пастой с примесью оловянных опилков и нагревали на огне.

Припоя в продаже не было, а употреблявшийся жестянщиками припой для радио малопригоден. Иногда добывали припой из старинных приёмников 20-х годов. В них перемычки были из толстого посеребренного провода, многие соединения сделаны "под винт", но спаянные контактные площадки и лепестки были очень массивные и с них горячим паяльником можно было наскрести достаточное количество отличного припоя.

В послевоенные годы появилось очень много немецких (трофейных) приёмников, но для монтажа взять из них было нечего: перемычки в них сделаны железной проволокой, а добытый с паек припой вторично не "пристаёт"- по- видимому, для него требовался особый флюс. Так же не удавалось использовать провод с катушек низкочастотных трансформаторов немецкого производства: провод малого диаметра был"железистый", очень ломкий, а: толстый :провод - алюминиевый, его не припаяешь. Зато в этих приёмниках порой встречались-диковинные вещи. Так, в одном из них я обнаружил, что контурная катушка намотана литцендратом. из 50 проволочек! Всегда в них поражала и тщательность изготовления деталей, продуманность монтажа и конструкции, вплоть до мелочей: например, КПЕ, прикрытый картонным футляром для защиты от случайных повреждений.

Специальных флюсов для пайки любители не готовили, использовали канифоль, которую продавали в отделах  "Музыкальные товары", применяли также сосновую смолу (мы:называли её "серой"). В особых случаях годилась и таблетка аспирина- но от ее дыма голова идет кругом. (тогда вопросам безопасности при пайке не уделялось внимания. Уже по прошествии многих лет, я, как разработчик электронных устройств, на предприятии постоянно находился в атмосфере паров:канифоли и более активных флюсов.

Случайно узнал, что её пары в состоянии возгонки - тот "дымок", что мы видим при пайке - являются сильнейшим окислителем, которые, попадая внутрь через органы дыхания, вызывают разрушение дентина. И это - не считая паров :свинца и камдия - других присадков, вводимых в припой. Работодатели не придавали значения этой опасности, и лишь в 80-е годы нам устроили некое подобие вытяжной вентиляции (в итоге, я не знаю ни одного из своих коллег, интенсивно работавших с пайкой и сохранивших зубы.)

Однажды в киноремонтной мастерской (она была в подвале кинотеатра "КОЛОСС", и там работал мой дядя Василий Калинович), я увидел электрический паяльник, - но он был величиной с кулак, не во всякий приёмник с ним влезешь. Пришлось идти по иному пути: в Индустриальном техникуме на лабораторных работах мы использовали муфельные печи. Взял керамическую трубку, намотал на неё спираль от электроплитки и стал нагревать в трубке паяльник. Отпала надобность всякий раз растапливать печку.

На шихтовом дворе металлургического завода встречались радиодетали, но входить туда не разрешалось. Как то всё же удалось добыть оттуда горсть слюдяных и бумажных конденсаторов. Все крепёжные детали: винты, гайки и прочее, разумеется, брали со старой аппаратуры. Множество винтов и гаек можно было выкрутить из аппаратуры, поступившей в годы войны из США (по договору о Ленд-Лизе). Огорчало лишь то, что "ихняя" дюймовая резьба не свинчивается с"нашей" метрической резьбой.

В Ижевском магазине "ГЛАВЭЛЕКТРОСБЫТ" продавались радиоприёмники, лампы к ним, батареи питания, но я ни разу не видел там резисторов. У нас очень долго были "в ходу" старинные резисторы типа "Каминского" - фарфоровая трубочка с латунными лапками - многократно использованные детали, действительное сопротивление которых можно было измерить лишь в Радиоклубе.

Из Москвы, через контору"Посылторг" в те годы можно было выписать резисторы типа ВС, конденсаторы, монтажный провод, электрический паяльник. Но никакой измерительной техники нигде не продавали."Выкручивались" как могли.

Так, у .старого связиста- телефониста я узнал, как в полевых условиях убедиться в исправности телефонного наушника: его выводы надо положить на язык и ладонью сильно хлопнуть по амбушюру. Если катушка исправна, то колебания мембраны вызовут появление э.д.с, что и почувствует язык. Так телефонисты находили нужную пару в жгуте проводов.

Лак для пропитки катушек, для изготовления изоляционных трубочек-кембрика мы делали из старинных, начала века грампластинок. Они были не из пластмассы, а из шеллака. Шеллак хорошо растворялся в спирту и, хотя лак получался грязноватый, но вполне пригодный и более стойкий, чем воск или парафин.

Воспитанники ДТС, члены Радиоклуба и другие организованные радиолюбители, находились в несколько лучшем положении. Они имели возможность кое-что выписать со склада, пользоваться инструментом и оборудованием, получить консультацию… .

Я стал заниматься в Радиоклубе с 1952 года. Мои поделки становились всё сложнее и совершеннее. Уже через год я построил 5-ламповый, 3-х диапазонный супергетеродин и успешно демонстрировал его на Республиканской выставке творчества радиолюбителей-конструкторов.

С 1955года, став студентом приборостроительного факультета ИМИ, я стал заниматься в кружке при Кафедре электротехники института. Кружковцы могли пользоваться современными точными приборами, например, авометром АВО-5, электронным осциллографом Э0-4 и другими. Мы делали всевозможные устройства автоматики, радиоприёмные устройства, оборудование для лабораторных работ; по вопросам электроизмерений консультировались у Е.Д.Зайденберга, по радио- у А. И.Жаравина...

В 1956 году я сделал карманный приёмник на 4-х лампах серии "дробь" для медицинских слуховых аппаратов.. И лампы, и батареи продавались в аптеке № 1. По правде говоря, это был "двухкарманный" приёмник, т.к. батареи в один карман с приёмником никак не помещались, но я уверен, что в то время это был единственный в городе приёмник карманного формата. Транзисторы ещё только зарождались и годились лишь для усиления звуковой частоты.

Я был старостой институтского кружка, хотя успевал еще на полставки работать лаборантом, посещал спортивную секцию и занимался в эстрадно-духовом оркестре. В 1958 году в наш кружок пришёл студент: 2-го курса Петя Кузнецов. Он оказался страстным и уже опытным радиолюбителем, не стал повторять чьи-то разработки, а сразу же взялся за создание сложного прибора для пайки ультразвуком. Работал он тщательно, кропотливо, сделал мощный УЗ генератор, но возникли непреодолимые трудности с созданием магнитостриктора: даже на заводах города для прибора не нашлось материала нужной марки...

В 1957 году я собрал осциллограф на трубке диаметром 30 мм. В нём было всего 3 радиолампы, но он позволил наблюдать форму колебаний частотой до 20 кГц. Этот прибор так же демонстрировался на Радиовыставке, его показывали в"Новостях" по местному телевидению, отметив, что "и наши радиолюбители стали стремиться к миниатюаризации аппаратуры".

Между тем, наш кружок расширялся, к нам пришли новые студенты, уже с "радийных" специальностей. С образованием П-кафедры изменились тематика кружка: мы стали больше заниматься; разработкой технологического оборудования для нужд производства. Например, Володя Маслов разрабатывал тему автоматической намотки проволочных резисторов с контролем величины сопротивления в процессе намотки без снятия изоляции с провода. Стали доступнее детали и материалы – институт закупал на заводах неликвиды.

В те годы Ижевский телецентр уже начал работать регулярно (его мачта высотой 125м и сегодня  стоит в центре города). Стали появляться первые телевизоры, а в общежитии ИМИ поставили проекционный телевизор с экраном почти в 1 метр.

Я решил построить простейший телевизор. Завлабораторией А..М.Новиков отдал мне остатки шасси какого-то старинного прибора, где, среди прочего была ЭЛТ с экраном 65мм. На этом шасси я собрал 3 ламповый телеприёмник: видеоканал прямого "усиления ", на двух пентодах, генераторы развёрток- на двойном триоде. Звук принимал на приёмник "Москвич" со сверхрегенеративной приставкой. Эта моя телеустановка исправно проработала несколько лет, неизменно производя полнейший фурор у соседей. Единственный недостаток - экранчик мелковат, и футбольный мяч не всегда-виден…

Таков, вкратце, мой "радиолюбительский путь". Несомненно, знания и опыт, приобретённые при этом, были полезны при обучении профессии инженера- прибориста, а затем и в работе по специальности.



Источник | Опубликовал: RD3AVG


и поделитесь с друзьями в соц сетях:


Добавить комментарий

Похожие новости